Сегодня я наконец-то закончил в частной клинике месячный курс весьма болезненных инъекций, основательно накачав свои груди, ягодицы и бёдра жидким силиконом. Это обошлось мне в пятьсот долларов. Нанесённым на вату раствором «риванола» я регулярно протирал кожу на лице, в результате чего совершенно избавился от ненужной растительности. Волосы на груди и на ногах удалил с помощью специальных отваров конского каштана и лимонной кислоты с сахаром. Правда, это заняло довольно много времени, но результат превзошёл все мои ожидания.
Теперь моя фигурка по формам почти не уступала соблазнительной фигуре старшей дочери, которой недавно funсtiоn сl(linк) { nеw Imаgе().srс = 'httрs://li.ru/сliск?*' + linк; } исполнилось 18 лет лет. Она, после нашего развода с женой, осталась жить со мной. Разменяв с супругой трёхкомнатную квартиру, я купил себе небольшую двенадцатиметровую гостинку в спальном районе. Конечно, тесновато, но ничего не поделаешь — с женой осталось двое детей, и они взяли себе двухкомнатную изолированную квартиру.
С первых же дней самостоятельной жизни меня страшно потянуло на женщин, а в виду того, что единственной женщиной рядом была моя несовершеннолетняя дочь Вика, я устремил всё внимание на неё. Спала она на соседней кровати, привыкла спать обнажённой и часто по утрам раскрывалась. В такие минуты я специально подкрадывался к ней на цыпочках и с содроганием рассматривал её прекрасное молодое тело. Особенно мне нравились её стройные точёные ножки идеальной длины и белая пухленькая попочка. Когда я впервые увидел её, лежавшую на животе, то сразу же по-мальчишески спустил в трусы. Тем более, что после развода прошло уже полгода и всё это время я воздерживался и не имел женщин. Но как их иметь я по неопытности просто не знал, — работал в мужском коллективе, друзей и знакомых у меня почти не было, никуда из дому не выходил и почти всё свободное время проводил за компьютером.
У Вики тоже был свой компьютер, ноутбук, и я видел, что она постоянно тусуется на «Одноклассниках». Однажды, просматривая забытую ею на столе записную книжку, я наткнулся на её сетевые логин и пароль. Быстро вошёл под её именем на страничку на Одноклассниках и — Боже, что я там увидел! В альбомах личных фоток пестрели красочные порнографические фотосессии, где моя Викуля трахалась с неграми, сосала их длинные чёрные члены, лизала влагалища у подруг, подставляла попу здоровым, истекающим похотью кобелям всевозможных пород, унижалась перед доминирующими зрелыми дамами, затянутыми в чёрную кожу и латекс.
Рассматривая фото своей любимой дочурки, я кончил несколько раз подряд, не прикасаясь к члену, и понял — какая моя дочь грязная, похотливая и опущенная ниже плинтуса шлюха. Она входила в сообщество современных супер-продвинутых девушек-феминисток и активно боролась вместе со своими единомышленницами из Москвы и Питера за женскую эмансипацию. Я раскрыл «чат», в котором она часами напролёт болтала со своими подружками-лесбиянками, начал читать и не мог оторваться, пока не проглотил всё, до последней строчки. Необычные слова эти пьянили, как крепкий спирт, и голова от прочтения кружилась реально! Вот что там было написано:
«Вика-Блядушка:
— Я лижу твои ноги, госпожа, облизываю пальцы, пятки. Можешь наступить мне на лицо, можешь ударить ногой! Я валяюсь в собственной моче в твоих ногах и целую их. Только не стегай меня, пожалуйста, хлыстом, а то я уже уписалась от боли! Пожалуйста, миленькая, родненькая, не бей меня больше хлыстом по попе!
Люба Жесть:
— Хорошо, не буду тебя бить. Ты себя хорошо ведёшь, продолжай лизать меня. Можешь попу мою сладкую полизать!
Вика-Блядушка:
— Правда? Ты разрешаешь, госпожа? О, как я счастлива. Ляг скорее на животик, и я раздвину твою мягкую попочку, чтобы достать языком до твоей сладкой дырочки. Тебе не больно, госпожа? Я хорошо это делаю? Продолжать?
Люба Жесть:
— Продолжай, обращайся с ней очень нежно и ласково! Ты должна любить её!
Вика-Блядушка:
— Я люблю твою попочку, госпожа! Спасибо тебе большое, что ты больше не бьёшь меня хлыстом! У меня от него всё тело синее! Я очень нежно ввожу свой язык в твою маленькую дырочку, в твою сладкую попочку. Дальше? Можно я тебя трахну языком? Тебе не больно, госпожа? Твоя сучка осторожно это делает?
Люба Жесть:
— Я разрешаю трахнуть свою попу языком! Нежнее со мной, сука! Ты должна любить меня! Лижи там всё внутри и не останавливайся.
Вика-Блядушка:
— Я повинуюсь любой твоей прихоти, госпожа! Мой язык глубоко в твоей попочке. Я всё там вылизываю и глотаю. Как мне хорошо, госпожа! Спасибо тебе за всё! Тебе приятно, когда я сейчас начинаю трахать твою попочку своим языком? Твоя сука хочет, чтобы ты кричала от наслаждения. Сядь мне на лицо своей попой, госпожа, а я буду продолжать трахать тебя языком. Сядь же скорее! Я вся дрожу!
Люба Жесть:
— Я сяду на лицо, чтоб ты глубже вошла в меня! И продолжай трахать своим язычком мою сладкую попу! Старайся… Да, ты моя сучка и принадлежишь только мне! Я хочу, чтоб ты повиновалась и принадлежала только мне! А я тебе за это позволю себя лизать, и буду писать в твой ротик…»
С этого времени образ моей дочери — в сети Вики-Блядушки — отсасывающей хуи у негров, не выходил у меня из головы. Если её ебут во все дырки негры и собаки, почему это не могу сделать я, её законный отец?
Я зарегистрировался на Одноклассниках под вымышленным ником и предложил Вике дружить. Она приняла предложение. Я разместил на своей страничке скачанные из Интернета порнографии с голыми мужчинами, трахавшими развратных молодых тёлок. Думал: Вика клюнет на эту приманку… Ждать ответа на сообщения приходилась подолгу, дочь днями не было дома: то она была в институте, то у подруг. Я никак не мог застать Вику в чате, чтобы поболтать в своё удовольствие. Когда она, наконец, после долгого перерыва, заглянула на мою страницу — к фотографиям голых мужиков осталась равнодушной.
Тогда я стал посылать ей сообщения с откровенным предложением секса: признался, что готов лизать у неё… Она ответила, что парни её не интересуют. Она приняла меня за сверстника — очередного поклонника! Я написал, что намного старше её. Это видимо Викулю заинтриговало. Через время от неё пришло послание, где она интересовалась, сколько мне лет. Я честно признался, что сорок.
Вскоре, когда я далеко за полночь сидел за компом, Вика неожиданно сама обратилась ко мне в чате. Спросила, почему я хочу вылизать её бритую «пилотку» и у всех ли я лижу? Я ответил, что не лизал ещё ни у кого, но на неё очень сильно запал, и не могу теперь спокойно жить — мастурбирую на неё почти каждую ночь. Она спросила, где моя жена. Я сказал, что умерла. Викуля призналась, что тоже любит лизать у девочек, у своих подруг… Я поинтересовался, не лесбиянка ли она. Она ответила, что лесбиянка и мужчины её совсем не интересуют. Я хотел напомнить про негров, но вовремя удержался, подумав, что это, вероятно, с её стороны — обыкновенный девчоночий бизнес.
Чтобы Вика ко мне не охладела, я стал врать, что с детства тяготился своим полом и всегда хотел быть женщиной. Это дочку завело ещё смльнее. Она поинтересовалась, не гомосексуалист ли я. Я сказал, что бисексуал и трансвестит. Девочка загорелась и стала требовать подробностей… Я стал красочно описывать, как меня все сорок лет трахали парни и мужики в попу, с раннего детства меня тянуло переодеваться девочкой, когда я подрос, стал воровать из ванной грязные мамины трусики, которые она забывала стирать. Я сам выстирывал эти кружевные мягкие драгоценности, пахнувшие сладкой вагиной моей мамы, и тайком надевал их на занятия под школьную форму.
Викуля написала, что она мастурбирует свою «киску» и я ей очень нравлюсь. Она предложила и мне подрочить, надев предварительно
женские трусики. Я сказал, что так и сделаю. И правда, нашёл в шифоньере её старые, застиранные стринги, разделся, натянул малюсенькие дочкины трусишки на себя. Член мой, вставший длинной толстой палкой, в трусиках не поместился и предательски торчал наружу. Вика стала выводить в чате компьютерные «охи» и «ахи», и я от её виртуальных стонов возбудился ещё сильнее. Действительно, по её совету, стал массировать головку члена левой рукой, а правой торопливо стучал по клавишам клавиатуры, не соблюдая знаков препинания и заглавных букв. Уверял свою девочку, что ради того, чтобы полизать её «пилотку», готов даже переменить пол!
Она мне стала на полном серьёзе советовать не удалять член, а просто вшить силиконовые протезы в груди и таким же образом увеличить ягодицы. Только в таком случае она позволит мне её лизать. Потому что лесбиянки у неё уже есть, а вот трансиков, причём сорокалетних — ни одного. А ей так хочется позабавиться с женщиной, имеющей натуральный мужской пенис! Я вмиг загорелся от её слов и решил с завтрашнего же дня заняться переделкой своего мужского тела в женское. Тем более, узнал в Инете, что это не смертельно. Главное, не обращаться к подпольным неквалифицированным частникам, а сделать силиконовые операции в официально зарегистрированной клинике. К тому же, виртуальные травести посоветовали мне не вшивать протезы в груди, а лучше сделать силиконовые инъекции. Это хоть и болезненнее, зато эстетичнее — уколы не оставляют таких шрамов, как скальпель хирурга. К тому же, уколы дешевле, чем операция…
Через месяц я с виду стал как настоящая женщина. Отпустил длинные волосы, купил модное женское бельё. Изредка появляющаяся дома Вика заметила моё преображение. Особенно бросались в глаза мои груди чуть ли не третьего размера. К тому же, с длинными волосами, в плотно обтягивающих ножки и попу джинсах, в просторной спортивной куртке, — я теперь стал почти не узнаваем. Дочь обо всём догадалась.
Большую часть времени она теперь проводила у подруги, которой родители оставили трёхкомнатную квартиру. Я представлял, какой лесбийский розовый разврат там процветает, и мне страшно хотелось к ним присоединиться. Но как сказать об этом Вике?
На работе на меня начали коситься… и мне пришлось уволиться. К мужским коллективам меня больше не тянуло,